У Людмилы Марковны, безусловно, был свой стиль — яркий, узнаваемый, с характером. Но безупречным его назвать сложно. В отличие от вкуса Майи Плисецкой.
Она была символом — независимости, безукоризненного вкуса, внутренней силы. Майя Михайловна дружила с Коко Шанель, Ивом Сен Лораном и Пьером Карденом. Не потому что стремилась к внешнему блеску или западному одобрению, а потому что была одной из них — гением, творцом, человеком вне времени.
С Коко Шанель Плисецкую познакомил Сергей Лифарь — звезда Парижской оперы. Это случилось в начале 1960-х, когда Майя приехала в Париж с гастролями Большого театра. Шанель была поражена её грацией, осанкой и характером — и пригласила к себе на рю Камбон. Они не стали близкими подругами, но между ними возникло взаимное уважение, основанное на глубоком понимании стиля ( и любви к драгоценностям). Плисецкая вспоминала, как Шанель сказала ей: «Вы носите платье как доспех. Это и есть стиль». В тот вечер она подарила балерине костюм из белого твида, который теперь находится в коллекции Александра Васильева.
С Ивом Сен Лораном Майя познакомилась в 1970-х в Авиньоне. Позже, уже в Париже, он предложил создать для неё сценический и вечерний наряд. Так родилось то самое чёрное платье-колонна с высоким воротом и длинными рукавами — строгий, почти графичный силуэт, ставший синонимом зрелой Плисецкой. В нём она появлялась и в Париже, и в Москве, и в Токио. Это была не просто одежда — это был образ.
Пьер Карден стал её настоящим другом и соратником. Их знакомство началось в 1972 году, и с тех пор он создавал для неё всё — от сценических костюмов до пальто, коктейльных и вечерних платьев. «Анна Каренина», «Чайка», «Мастер и Маргарита» — в каждом из этих балетов Плисецкая танцевала в костюмах Кардена. Он говорил о ней: «Она — скульптура в движении. Моё дело — лишь подчеркнуть форму». Вместе они объездили полмира: Японию, Кубу, Испанию. В её коллекции было более ста нарядов от Кардена — и каждый из них был создан с учётом её пластики и характера.